«В жизни нет другого смысла, кроме самой жизни»

«Насколько страшно жить в Израиле? Или это все незначительно?»

другие ответы на этот вопрос

Вчера ездили в Тель-Авив — меня пригласили на встречу психолога Михаила Лабковского с прессой. Мне всегда интересны встречи с психологами. Во-первых, когда-то именно они помогли мне собраться с силами и вынырнуть из депрессии, во-вторых, даже мимолетное общение с хорошим психологом порой дает толчок к новым размышлениям.

Мы сейчас редко куда-то выбираемся: пятимесячный малыш подчинил наше расписание своему режиму «сон-бодрствование-еда-сон». Но поехать очень хотелось: побродить по Тель-Авиву, пообщаться с коллегами, послушать Лабковского, которого частенько читала в разных онлайн-изданиях. И вот приехали. Большой офисный центр напротив уютного жилого квартала. Стеклянные высотки и трогательные частные домики, напоминающие то сказочный замок Белоснежки, то японскую пагоду, то избушку на курьих ножках из русских сказок. Пушистые клены, пальмы, как-то очень горделиво и по-столичному помахивающие ветками. Подростки на великах с огромными рюкзаками, старички на мопедах, ирландские пабы, японские кафе. Приезжать из Хайфы в Тель-Авив — это целое приключение. За полтора года жизни в израильской провинции я как-то совсем одичала, переоделась в неизменные джинсы и кеды, отвыкла от макияжа и парфюмов. В Тель-Авиве, впрочем, ты мало кому интересен со всеми этими атрибутами, как и в какой-нибудь Барселоне, к примеру. Мы приехали чуть раньше, побродили по городу, подышали удивительно свежим для большого города воздухом, подумали, что после того, как я освобожусь, поедем ужинать в старый Яффо. Тоже ведь давно не были, а там уютно и как-то совершенно вне времени. Кажется, что все это было всегда: и море, ласкающее набережную, и десятки кошек, немного надменно провожающие взглядом прохожих.

С тех пор как я родила сына, мой мир меняется с каждым днем. Так из любого конструктора «Лего» можно собрать то, что на картинке в коробке, а можно добавить или отнять детали — и получится что-то совершенно новое. И все-таки многое осталось по-старому. Поэтому слушать психолога Лабковского было одновременно и интересно (обнаруживать в себе эти недостающие или вновь обретенные детальки), и тревожно (старые, не самые приятные кубики тоже никуда ведь не делись). Психолог рассказывал о своем методе, который делает его клиентов счастливыми. И вроде бы все просто: следуй шести правилам — организм перестроится, привыкнет жить по-новому, перестанет болезненно вспучиваться детскими комплексами и страхами. Но каждое правило вызывало у собравшихся недоумение. Как это «делай что хочешь»? И как это «не делай того, чего делать совершенно не хочется»? И как же можно «говорить всегда то, что думаешь»? Ведь учили-то по-другому, ведь привыкли совсем иначе, ведь правила, страхи, комплексы и давно сложившиеся привычки все время немного изнывать от жалости к себе. «В жизни нет другого смысла, кроме самой жизни, — закончил психолог. — Поэтому жизни надо радоваться». И пообещал, что всего шесть правил — и радоваться получится.

Встреча затянулась. Поэтому Яффо решили отменить, нашли поблизости славную японскую едальню. Карта Тель-Авива в телефоне постепенно «краснела» — обтекала пробками, на пустых днем детских площадках защебетали и захохотали, окна в офисах гасли, окна в домах загорались уютным, желтым, домашним. Это была как раз та минута, когда хорошо — и город этот, и знакомый еще по Москве вечерний пересменок кадров, и рядом море, и Яффо, и вкусный ужин, и восьмое марта, в конце концов, хоть о нем как раз тут мало кто помнит.

«Breaking news», — прочла я, открыв ленту новостей уже в машине. В Яффо теракт. Двое раненых. Трое раненых. Пятеро. «Террорист бежит по набережной в сторону Тель-Авива». «Ликвидирован». Несколько километров от нас, десять минут на машине, полчаса пешком. Он оставлял за собой кровавый след. Сначала кровь была тех, кого он ранил ножом. Потом ранили его, а он продолжал бежать, бросаясь на прохожих. Беременная женщина, пара туристов, человек в кипе и сандалиях. «Делай что хочешь» — он сделал. «Говори что думаешь» — да что тут скажешь. «Радуйся жизни, другого смысла в ней нет». Сегодня утром, играя с сыном, готовя завтрак, взбивая молоко для кофе, вдруг поняла: кажется, в этот раз на 8 марта я получила по-настоящему ценный подарок — мы всей семьей вчера вернулись домой.

Добавить комментарий

Adblock
detector