Старикам здесь место

«Почему вы уехали в Израиль?»

другие ответы на этот вопрос

Чудесный весенний вечер, работа позади, можно почитать или побродить по интернету. Открываю браузер, пробегаю фейсбучные страницы, смотрю, как дела у друзей… И вдруг взгляд цепляется за что-то очень неприятное. Вчитываюсь, вглядываюсь: передо мной страница одной из групп, посвященных репатриации. Пост состоит из ссылки на статью об алие, а под ним один-единственный комментарий: «Пусть приезжают сильные волей люди. Не за пенсией и не инвалиды. Мне надоело платить налоги за этих долго живущих паразитов».

Мне это что-то мучительно напоминает… Ну да, конечно, программа «Т-4»: конец 1930-х, Германия, евгеника, «расовая гигиена». Не могу сдержаться, чтобы не написать об этом автору комментария, но понимания не встречаю. Зато встречаю выраженный несколько иными словами основной аргумент той самой программы «Т-4»: «Производить ликвидацию всех, кто неспособен продуктивно работать». А что, разве неправильно? Ну, если оставить в стороне моральную сторону дела, конечно. Но она же не имеет значения, это же дело десятое.

Временно прерываю дискуссию. По своей всегдашней привычке задумываюсь: а вдруг я в чем-то не права? Тем временем подоспел второй участник обсуждения. У него новый весомый аргумент: «Чем именно обязан Израиль людям, проработавшим всю жизнь на благо своих стран и под конец решившим пожить в теплой стране?» На вопрос надо отвечать. И правда, чем?

К сожалению, мои оппоненты не производили впечатления людей, интересующихся аргументами собеседника, а то бы я рассказала им, например, о Науме Натановиче Меймане. Мейман — советский математик и физик, посвятивший всю жизнь советской науке, разрабатывавший ядерное оружие и даже получивший Сталинскую премию, что совсем не помешало ему стать активистом еврейского эмиграционного движения, участвовать в демонстрациях, входить в состав Московской Хельсинкской группы, расследовать трагедию Бабьего Яра, подвергаться арестам, обыскам, допросам и — о ужас! — подать заявление на репатриацию только при выходе на пенсию и не отработать ни одного дня в Израиле. Однако же отчего-то он был выбран почетным профессором Тель-Авивского университета, что мне, например, совсем не кажется странным.

Могла бы я им рассказать и о Паскаль Беркович, французской спортсменке, гордости израильских Паралимпиад, успешной журналистке и кинодокументалисте, которая сразу после репатриации, будучи инвалидом, пошла служить в армию. И о многих, многих других, кому проблемы со здоровьем и безусловно причитающееся им пособие по инвалидности не помешали стать такими членами израильского общества, которыми оно может только гордиться и силами которых оно — в высшем смысле — создавалось.

Но боюсь, моим оппонентам нужно совсем не это. Им, к сожалению, требуется сильнодействующее лекарство от идеологии тоталитаризма, которая тянется следом, как шлейф, за многими выходцами из тоталитарного общества. В их понятиях инвалид или пенсионер — дармоед и помеха им, пока здоровым. И, увы, не видно им, горемыкам, что настоящие инвалиды — это они. Отсутствие эмпатии, сострадания и понимания того, что польза от человека не только в уплате налогов, — такой же, если не больший, дефект, как слепота или отсутствие ноги. Только протезом здесь дело не поправишь.

Но все же их меньшинство. К счастью, мы живем в стране, где старые и больные могут передвигаться по улицам в своих электрических тележках, слепые и глухонемые могут играть в театре, а дети с ДЦП получают ту же любовь и ласку, что и дети без особенностей развития. И, к счастью, к огромному счастью, на это может рассчитывать каждый человек, переступающий границу этой страны. Если только не споткнется о шлейф наследников тоталитаризма, который с годами, как мне хочется верить, будет становиться все короче и короче.

Добавить комментарий

Adblock
detector