Шаббат, детка!

Был жаркий сентябрьский день. Мы с подругой договорились встретиться в пятницу днем, выпить кофе и поболтать. Жила она в Иерусалиме, в общежитии для религиозных девушек. Обещала провести экскурсию и показать, как устроена жизнь в доме, расположенном в нескольких километрах от Стены плача. Более того, на первом этаже располагался книжный магазин с редкими изданиями. Я, конечно, загорелась!

Домчавшись до Иерусалима, долго кружила в поисках парковки. Близ улицы Яффо, где зеленый свет показан лишь трамваям, мне искать было нечего. Пристроила свой транспорт на каком-то закрытом паркинге, обрадовалась этому безмерно. Можно было отправляться настречу шаббатнему Городу.

На уличных рынках было суетно и громко. Кто-то из прохожих пробирался к рядам сухофруктов, манивших яркими красками. Кто-то спешил приобрести горячие лепешки к выходной субботней трапезе. Я шагала с маленькой сумкой наперевес в поисках двухэтажного дома на улице Яффо. Туда, где жила моя религиозная подруга в окружении таких же товарок. Я почему-то была уверена, что они должны понимать о празднике много больше своих светских сверстниц.

Буквально на глазах улицы «преображались»: наспех наведенная чистота, закрывающиеся перед моим носом стеклянные двери кафе, магазинов, прачечных, хозяева которых с нескрываемым удовольствием вешали огромные амбарные замки. Пора отдыхать. Шаббат.
Нет, ну как же шаббат? Мне же нужно подружку кофе напоить, поболтать, новостями поделиться. И только потом отправиться в гости к ней в общежитие, где, как мне казалось, расслабиться уже не удастся. Пиетет, так скажем.

В каком-то закоулке мы обнаружили работающий ресторанчик. Не кошерный. Я была очень голодна, так что пока подруга скромно пила чай из одноразового стаканчика, передо мной поставили обильный израильский обед.

Чуть позже мы выдвинулись в сторону общежития: скорее не выдвинулись, а побежали. И быстро – ведь вот-вот должно было наступить время зажигания свечей. Молитвы, свечи, тишина, дисциплина, женский коллектив, смиренные взгляды. Я впервые была на настоящем шаббате — все здесь было совсем по-другому, без шумного застолья, зато с молитвами, свечами, каким-то другим, звенящим тишиной, воздухом. Немного прозы во всю эту возвышенную атмосферу привносило объявление на двери администрации общежития: «Девушки, все ваши пакеты, которые вы разместите в коридоре, будут немедленно одеты вам на голову. Выносите мусор на улицу!»

После наступления шаббата начало смеркаться. И мы пошли к Стене. В веренице людей, одетых в белое. Мы двигались по узким улочкам, скромно подсвеченным тусклыми лампочками. Тут и там распахивались двери и на улицу, выбегали нарядные малыши. Мы все вместе шли праздновать наступление субботы. Мне хотелось фотографировать, сохранить эти картинки. Но моя спутница снова и снова повторяла: «Нельзя. Не нужно. Шаббат. Мы должны отдыхать: от мыслей, от телефонов, от машин, от работы… Мы можем подумать в эти сутки о смысле жизни. Это возможность остаться наедине с собой и своими близкими. Телефон не нужен, поверь. Вокруг много религиозных людей, им будет неприятно». Так и быть – телефон бросила в сумку. Когда дошли до Стены, было уже не до него. Площадь была заполнена молившимися людьми. В едином ровном гуле слились молитвы иудеев, мусульман и христиан. Я присела около американского туриста, такого же как и я, судорожно сдерживающего руки, чтоб не начать фотографировать все вокруг. «Amazing! It’s amazing», – повторял он тихо.

Стоит ли говорить, что счет времени в какой-то момент я потеряла. Когда очнулась, было около десяти. Нужно было возвращаться домой. Добравшись по безлюдным улицам к паркове, я обнаружила, что машина заперта за железными дверями, на которых, конечно, висит огромный амбарный замок. Шаббат, детка.

Вокруг ни души. Нет, была душа – эфиоп, подпиравший неподалеку столб и ковырявший в зубах. И еще намечалась душа, сидевшая в одиноко стоявшем на улице такси. Не долго думая, прыгнула в такси: «Мне в центр, пожалуйста».

«В центр – это далеко. 350 шекелей», – ответил таксист.

(«Араб…. Судя по акценту, таксист –- араб. 350 шекелей. У меня их нет с собой. Только 200», – мысли неслись в голове с бешеной скоростью).

«Деньги вперед, – прострочил он. – Остальное отдашь позже».

Я протянула деньги. Спутнику на вид было около пятидесяти. По дороге он все время крутил телефон в руках, будто искал чей-то номер в записной книжке.

«А адрес мой вы не хотите узнать? У вас навигатор есть?» – занервничала я.

«Навигатор сломан. Довезу как-нибудь».

(«Господи, шаббат. Тебе говорили: шаббат! Телефон нельзя, машину нельзя – только о жизни думать можно. Вот и подумаю, сидя с арабом в темноте в машине», – язвила я про себя).

Вдруг такси внезапно ушло с основной дороги на проселочную, и таксист резко нажал на газ. Мы летели. На мой вопрос, куда летим, араб ответил, что за бензином.

Сказал: «Мы быстренько в соседнюю деревню — на заправку!»

В этот момент я подумала: «Все! Спектакль окончен!» Да, я была на вотсап-связи со всей семьей, только помочь никто не мог на расстоянии.

Я попросила остановить машину, таксист удивился: «Еще пару минут и мы на заправке». Я хотела открыть дверь, но мы мчались на огромной скорости, вокруг кромешная темнота. Вот впереди засветилась то ли заправка, то ли арабская деревня, мне было уже все равно. Ужас сковал ноги и руки..

Мы остановились, заправились. Деньги мои пригодились для покупки бензина. Вернулись на трассу.

Я потихоньку включила навигатор, чтобы понимать, сколько еще осталось до дома, чтоб выползти из этого несчастного такси.

Молчать уже было невмоготу. Заговорила с водителем, стала спрашивать, где родился, сколько детей. Ну чтобы на жалость давить. Если что.

«Почему ты просила остановить машину? Меня испугалась? Мне пятьдесят лет, я уже немолод, зачем мне это надо?» — водитель, кажется, был искренне удивлен. Меня отпустило.

Наконец остановились у моего дома. Ищу ключи от квартиры, а их нет — они остались в машине. Значит, недостающие деньги вернуть не смогу. Да и ночевать на улице придется, дома никого. Шаббат, детка.

И тогда мы поехали дальше — к моим друзьям. Там ждали родные лица, недостающие 150 шекелей и ночлег. Это ведь Израиль — здесь друзья становятся родными, а ночные приключения чаще всего заканчиваются хорошо. Тем более, в шаббат.

Добавить комментарий

Adblock
detector