Как породниться с депутатом

Поиск чьих то предков похож на поиск сокровищ затонувшего корабля. Ты плывешь и видишь миллиарды песчинок, и под каждой может оказаться то, что ты ищешь. Просто нужно не полениться, нырнуть поглубже и медленно доставать цепочку из воды, тщательно следя за тем, чтоб она не порвалась. А еще родословные похожи на пазлы. Вернее на много пазлов, рассыпанных в одном месте. И ты подбираешь детальки и вставляешь их в рисунок. Часто бывает, что очень-очень похож пазлик, но не входит он в конструкцию, а если входит, то на каком-то этапе вся конструкция перекашивается. И тогда надо ссыпать все пазлы назад и начать заново. Единственное отличие пазлов от родословных это конечность. Родословные это бесконечный ковер, который можно ткать всю жизнь и никогда не закончить. И от удачи зависит, будет ли он расти или просто на имеющуюся площадь будут добавляться краски, и из серого полотна дат вдруг начнут проступать лица и истории, ковер начнет переливаться и жужжать разными голосами. И главной задачей потомков будет добавить в этот многоголосый и многоцветный хор что-то яркое от себя.

Как ни странно, хор этот многоголосый никогда не превращается в какофонию, потому что родственники, как правило, какими бы они дальними и какими бы незнакомыми ни были, весьма похожи и способности у них тоже зачастую сходятся. И поэтому главное свойство любого генеалога — это внимательность и склонность к анализу.

Впрочем, найти родных можно не только с помощью архивных данных. Около года назад сижу я в Фейсбуке и вижу предвыборный пост кандидата в депутаты Кнессета. В нем она рассказывает историю своей семьи и заканчивает так: «Разве могла знать рыженькая девочка Швейцер, что ее дочь будет баллотироваться в члены израильского парламента».
Я, конечно, очень удивилась, но подумала — а вдруг? — и написала будущему депутату личное сообщение: «Весьма вероятно, что вы являетесь родственницей моего мужа, поэтому скажите, пожалуйста, не родилась ли ваша бабушка в славном городе Екатеринослав?»

Надо сказать, что лично знакомы мы не были, и никто уже не помнит, каким образом мы стали друзьями в Фейсбуке. Так что то, что будущая политик мне ответила, меня, конечно, приятно удивило. Правда, сообщила она, что семья ее корнями из Ростова, а не из Екатеринослава, как предполагала я. Но у меня-то все ходы записаны. «Это же прекрасно! — сообщила я ей. — Вы просто не в курсе, но ваши предки до Ростова совершенно определенно проживали в Екатеринославе (то бишь Днепре)».

Больше всего в моей работе мне нравится рассказывать людям, как развивалась история их семьи на самом деле. К сожалению, не все верят. Ну не сразу, по крайней мере.

— Не может быть! — сказала мне госпожа тогда еще кандидат в депутаты и пропала.

На следующий день с восьми утра мой ФБ-мессенжер взорвался сообщениями:

«Ну где же вы? Ответьте! Мама сказала, что дедушка родился в Днепропетровске!»

«Кто вы?»

«У мамы вообще нет родственников! Где вы?».

В ответ я коротко описала ей родословное дерево семейства Швейцеров. Так и выяснилось, что прадед моего мужа и дед депутата — родные братья. Более близких, но потерянных родственников сложно себе представить. Дети купца первой гильдии близко к сердцу приняли проблемы рабочих и крестьян и заигрались в революцию. Судя по всему, наслушались рассказов деда — бывшего земледельца Херсонской губернии. В результате их потомков разметало по земному шару. Всего детей у Арье Вольфа Швейцера было пятеро. Потомки двух из них нашлись через Фейсбук. Об остальных пока так ничего и неизвестно.

В общем, теперь мы дружим семьями. Депутат и родная сестра моего мужа практически близнецы, с моим мужем Ксению объединяют филологическое образование и склонность к языкам. Но любят они все меня. За внимательность, так сказать.

Добавить комментарий

Adblock
detector