Второй год в Израиле. Депрессия после любви.

Первый год после репатриации это как туризм, просто надолго. Вот оно — море, лето круглый год, милейшие улыбающиеся люди кругом и прекрасная медицина. И только на второй год ты понимаешь, что медовый месяц подошел к концу, а что делать в этой новой жизни, совершенно непонятно. Копится усталость от чужого языка, непонятного пока менталитета, других правил поисков работы. Да и поиски эти зачастую наводят тоску. О том, как переживается второй год, написала Алина Фаркаш. А о том, как его пережить, ответила Ольга Бакушинская.

фаркашАлина Фаркаш

Журналист, блогер.

В стране почти два года.

Вообще, у нас все, как по книжкам. Первый год после репатриации – романтически-влюбленный. Второй – депрессивный. Дальше обещают, что будет лучше. Но сейчас как-то грустно и достала какая-то идиотская полоса неудач, когда сыпется одно за другим и кажется, что все хорошее было давно и больше никогда не повторится. Если бы не много совершенно невероятных друзей и знакомых, появившихся в наш первый год, я бы, наверное, вообще с ума сошла бы. Кто мог подумать, что больше всего в Израиле я буду страдать от холодности окружающего мира. То есть вот есть близкий круг тех, с кем мы познакомились в Фейсбуке, – они теплее теплого. И есть весь большой холодный равнодушный Израиль. Вчера случилась одна штука – один из самых кошмарных кошмаров в моем личном рейтинге индивидуальных страхов, полтора часа рыдала на улице от ужаса, беспомощности и всего накопившегося. И ни один — ни один! — человек не подошел. Только на заправке кассир, увидев меня, дико зареванную, немедленно попросила все мои документы в дополнение к карточке, и долго, чуть ли не под микроскопом, их изучала. Видимо, мой вид не внушил ей доверия. Я пытаюсь брать себя в руки и говорить, что тут не Москва, тут так принято, что никто из прохожих ничем никому не обязан, что со своим уставом в чужой монастырь не ходят и мои московские ожидания тут нерелевантны – не помогает.

Утешает другое: мне кажется, что московская теплота и взаимоподдержка идет от того, что люди мало надеются на государство. То есть ты прекрасно понимаешь, что если ты, обычный прохожий не поможешь человеку, то никто, скорее всего, не поможет. Зато тут ощущается очень сильная поддержка государства, уходят страхи перед серьезными болезнями или несчастьями. Поэтому, наверное, это рождает такое вежливое холодное равнодушие на улицах. Ну, типа, понятно, что если кто-то упал в обморок, или еще что-то случилось, то этим должна заниматься полиция, «скорая» или еще какие-нибудь государственные службы, и поэтому прохожие просто проходят мимо.

И еще я тут впервые почувствовала, что чувствуют очень застенчивые люди. В Москве я спокойно подходила к кому угодно и просила хоть черта лысого – и получала его обычно. На блюдечке. В самом лучшем виде. В Израиле я немею и понимаю, что никакая сила мира не заставит меня обратиться за помощью к прохожим. Ну, то есть даже в тех случаях, когда мне становилось совсем плохо от теплового удара, я тихонько сидела где-то на земле, пыталась силой воли прийти в себя, очень надеялась, что кто-то из проходящих мимо предложит мне воды, но в общем ничто в мире не могло меня заставить попросить воды у этих самых прохожих. Какой-то парализующий ужас – нет, не из-за языка, моего иврита для этого хватит с лихвой, плюс у меня есть английский. А просто от ощущения этого парализующего ужаса от того, что вот ты тут лежишь, а они идут, идут и идут мимо. И всем в общем пох..й.

Ольга Бакушинская

Ольга Бакушинская

Журналист. Блогер.

В стране чуть более двух лет.

Лайфхак. В связи с тем, что я одна из первых ласточек «путинской алии» и чуть впереди переживаю то, что вы переживаете сейчас и пишете. Второй год намного труднее первого. Не будем углубляться даже почему. Казалось бы, ты многое уже знаешь и должно быть легче. Но он труднее. Во-первых, уже остро надо зарабатывать. Во-вторых, к вам требования как большим, а вы еще маленький. Поэтому все успокоились по-возможности. А если у вас началась классика жанра с просыпаниями на рассвете и трудностями с выходом из дома, вы знаете, что делать. Не надо этого бояться и стесняться. Дикси. Успехов всем. Это пройдет. Только не давайте себя пробивать. На человека психологически слабого как мухи на мед слетаются профессиональные вампиры.

Что мы и наблюдали недавно в грандиозном скандале на «русской улице». Я очень крепкий товарищ, профессионально отбрехивающийся, искренне уверенный, что все реклама, что не некролог, но меня до глубины души расстроило именно то, что нападение производилось на разобранных психологически людей. У нескольких моих знакомых случился буквально истерический вой. Пробили газлайтингом. Вы обращайтесь, если что. Я разложу по полочкам, что с вами сделали, и вам станет легче. Понятное не так пугает.

Добавить комментарий

Adblock
detector